- Лаура Чапаевна, как вы отреагировали на предложение возглавить университет? Сразу согласились или были сомнения?
- Изначально мне предложили должность проректора по академическим вопросам. Бывший министр образования Асхат Аймагамбетов не боялся назначать молодых на руководящие должности. Я тогда жила в столице и работала в Назарбаев университете. За неделю нужно было собраться и уехать в Актобе. Я чувствовала и радость, что это родной университет, и переживания. Всё-таки непросто было оставить стабильную работу и вернуться домой спустя 10 лет. Я согласилась, поработала 3 месяца проректором по академическим вопросам и подала на конкурс на позицию ректора.
- Смелое решение! Решили себя испытать?
- Скорее поняла, что нужно менять всю систему в университете, и для этого надо быть ректором. Я окончила магистратуру в Англии по специальности «Управление в сфере образования», получила PhD, изучала реформы образования, как строить образовательный процесс и работала в такой системе, где главное - академическая честность. Можно сказать, я пропиталась этими ценностями.
- Если простыми словами, «академическая честность» - это…?
- Чёткие правила в вузе: справедливая система оценивания студентов, ответственный подход к работе у каждого сотрудника вуза, запрет плагиата в науке.
- Вот интересно, в Казахстане много университетов, где ректоры - женщины?
- Не больше 20 процентов. В целом в обществе есть недоверие к молодым женщинам как к профессионалам. В то же время и сами женщины боятся высоких руководящих должностей.
- Университет им. Жубанова - ваш альма-матер. Что вам как студентке, тогда нравилось и не нравилось?
- Я пришла из школы «Дарын» (школа-интернат для одарённых детей - Прим. автора). Там нас воспитывали в конкурентной среде: конкурсы, олимпиады, дебаты. В университете я тоже была активисткой, участвовала в разных молодёжных движениях. Мне нравилась активная студенческая жизнь. Но в то время студент не мог заявить о нарушениях в вузе и отстоять свои права. Мне не нравилось, что некоторые преподаватели под каким-либо предлогом, например, изготовления стендов собирали деньги у студентов. Были двойные стандарты, и это считалось нормой.
- И что вам захотелось в первую очередь поменять, когда вы стали ректором университета?
- Около 1000 студентов, которые не сдали ЕНТ, каждый год переводили к нам. Они числились в фиктивных российских онлайн-вузах, и в середине года их принимал университет им. Жубанова. Для них мы установили вступительный экзамен. Это справедливо по отношению к другим студентам. Больше не получится учиться просто ради «корочки». В какой-то момент стало слишком много «красных» дипломов.
Также мы отошли от дистанционки. Во время пандемии заочное образование превратилось в дистанционное. Были студенты, которые показывались один раз на первом курсе и приходили через два года, чтобы забрать диплом. Преподаватели жаловались, что они не знают в лицо многих студентов. Да, есть европейские вузы со смешанным форматом обучения, но для дистанционного образования должно быть хорошее оснащение.
Ещё мы вошли в Лигу академической честности. Это сообщество, в котором всего 17 из 120 казахстанских вузов. Независимые эксперты постоянно проводят опросы среди студентов, всё ли их устраивает в учёбе, нет ли жалоб. И чтобы честность стала частью культуры, должны быть строгие меры абсолютно для всех.
- Недавно в государственных вузах появилась комплаенс-служба, для чего она нужна?
- Эта служба не подчиняется ректору, в ней работают сотрудники антикора и из финансовой полиции. В вузах должны быть такие независимые организации, которые борются с коррупцией и другими нарушениями. Я считаю, что любая коррупция, будь то мелкая или крупная, должна быть наказуема. Мы уволили преподавателей, которые попались на взятках. Последний случай, когда педагог вынуждала студентов покупать продукцию сетевого маркетинга. Второго шанса таким сотрудникам мы не даём. В системах закупа сейчас тоже всё прозрачно. Во время закупов мы приглашаем преподавательский состав, деканов, чтобы они своими глазами видели, на что тратится бюджет университета.
- Ломать старую систему - сложный и болезненный процесс…
- Потому что в любом случае нарушаешь чью-то зону комфорта… Те же закупы, внешние факторы пытаются иногда давить на нас, потому что борьба с коррупцией - большое противостояние. Конечно, одна бы я не справилась, у меня огромная команда, студенты тоже помогают. Каждую жалобу нужно рассматривать отдельно. Строгие, объективные преподаватели тоже могут несправедливо попасть под буллинг студентов.
- Вы сталкивались в тот момент с хейтерством?
- Да, когда я переступила порог университета. Я бы даже сказала, что просто некоторые обесценивали весь мой профессионализм. Знаете, не осуждаю, потому что пока ты не показал свою работу, народ будет критиковать. Люди имеют на это право, тем более, когда годами нет перемен. К критике я отношусь спокойно и всегда прислушиваюсь к замечаниям преподавателей и студентов.
- После пединститута вы учились в Англии. Что такое европейское образование на вашем примере?
- Прежде всего, в западных вузах воспитывают честное отношение к учёбе. Для студента списать - постыдно, считается социально порицаемым явлением. Европейский студент много читает. Все письменные работы в вузах проверяются на оригинальность. У нас английское слово «креативность» больше применяют к творческим профессиям, к искусству, но креатив, прежде всего, означает создавать. Создание - ядро всего. Мы проходили практику в европейских детских садах и начальных школах. У них другие подходы - с малых лет подчёркивать индивидуальность ребёнка. Нашим детям не дают ошибаться, ругают или снижают оценки даже за помарки в тетрадях. Мы с детства боимся делать ошибки, потому у нас и нет великих открытий. Люди должны чувствовать себя свободными, чтобы экспериментировать. В школе многие задания направлены на зубрёжку - это тоже пережитки советского образования.
- Назовите главные проблемы казахстанского образования.
- Количество выпускников школ растёт, больше потребности в высшем образовании, но при этом качество страдает. Ведь у каждого вуза есть своя проектная мощность, свои возможности. Высшее образование не успевает за изменениями на рынке труда. За эти два года мы усилили связь между работодателем и университетом. Знаем, как готовить специалистов для завода «Актюбрентген», Казхрома. Сейчас казахстанские вузы перешли в форму некоммерческого акционерного общества, стали как частные компании. А общество до сих пор относится к нам как к государственным предприятиям, которые сидят на дотациях. От государства мы не получаем финансирования, только гранты, благодаря студентам. На бюджет вуза идёт огромная нагрузка и нужно ежегодно обновлять инфраструктуру вуза, а это требует огромных финансов. Например, очень дорого содержать общежития. В прошлом году на содержание нашего общежития мы потратили почти 300 миллионов тенге. Но при этом мы позиционируем себя как социальный институт, поэтому принимаем студентов из разных социальных категорий. Для некоторых студентов нужно создавать дополнительные условия - это и есть инклюзивное обучение. У нас инклюзив ассоциируют почему-то только с людьми с ограниченными возможностями.
Вузы должны учить студента учиться. Стандарты образования быстро устаревают, поэтому каждый специалист должен уметь самостоятельно извлекать знания и меняться вместе с потребностями трудового рынка. Также студентов должны учить критическому мышлению. Критическое мышление - это не критиковать, а способность объективно оценивать ситуацию. Мне страшно, что сегодня в соцсетях общество готово растоптать человека за любую самую мелкую ошибку и полностью обесценить все его достижения.
- Вы запустили масштабный проект. На базе университета им. Жубанова в сентябре откроется филиал шотландского вуза Heriot - Watt . Не боитесь утечки мозгов из региона?
- Будущие студенты Heriot-Watt - дети с огромным потенциалом. И если бы не открытие зарубежного вуза в Актобе, вряд ли они бы остались в регионе или в Казахстане, когда европейские университеты предлагают столько грантов. В регионе очень сложно удерживать сильные кадры. Молодые специалисты, как только прокачают свой опыт, ищут перспективу в других городах. Из 8 тысяч выпускников около 60 процентов уезжают поступать в Астану и Алматы. Это сильный дисбаланс, когда самые умные дети покидают регионы. Я верю, что наш проект станет центром притяжения. Три специальности: «Нефтяная инженерия и энергоменеджмент», «Электроэнергетика» и «Компьютерная инженерия» предлагают большие возможности в Казахстане. После учёбы выпускник должен будет три года отработать в родном крае. Хотя бы на 7 лет мы остановим утечку мозгов, за это время подготовим много своих преподавателей и специалистов. А миграция… она всегда будет, её не нужно бояться.
- Как отдыхаете, и получается ли вообще отдыхать?
- Я мало думаю об отдыхе с того момента, как прибыла в Актобе. Первый год все выходные я сидела на работе и планировала следующие недели. А сейчас стараюсь чаще выезжать за город с термосом чая, возобновляю тренировки по теннису. Готовлю крайне редко, но очень люблю и вкусно готовлю все рыбные блюда. На прошлой неделе, кстати, я отлично отдохнула за лепкой вареников. Сидя с мамой за столом, почувствовала себя как в детстве, когда мы всей семьёй собирались и лепили вареники с творогом. Времени много нет, но всегда рада помочь с огородом. Иногда удаётся посидеть за чашечкой кофе с друзьями.
- Что вы цените в людях?
- Прозвучит банально, но честность. Я восхищаюсь людьми, которые всегда остаются преданными своим моральным ценностям.
- Были моменты, когда вам приходилось переступать через себя?
- Всегда спрашиваю при встрече своих астанинских друзей: «Я изменилась?» В первый год трансформации в Актобе было много давления с разных сторон, рисков, но я ни разу не переступила через себя. Наверное, поэтому и другим всегда желаю гармонии в душе, это когда разум согласен с сердцем. Не потерять себя. Внутренний конфликт - страшный, разрушающий фактор. Есть у англичан хорошее выражение: не проповедуйте то, во что вы сами не верите. Делай то, во что ты веришь - это и есть моё жизненное кредо.
Беседовала Елена РЫШКИНА,
фото из личного архива Лауры КАРАБАСОВОЙ
«Адалдық біздің мәдениетіміздің бір бөлігіне айналуы керек»
Лаура Қарабасова 34 жасында Қазақстан мен Ақтөбе университетінің тарихындағы ең жас ректор атанды.
– Лаура Чапаевна, университетті басқару ұсынысын қалай қабылдадыңыз? Сіз бірден келістіңіз бе, әлде күмәніңіз болды ма?
– Бастапқыда маған оқу ісі жөніндегі проректорлық қызмет ұсынылды. Бұрынғы білім министрі Асхат Аймағамбетов жастарды басшылық қызметке тағайындаудан қорықпаған. Мен ол кезде елордада тұрып, Назарбаев университетінде жұмыс істедім. Бір аптадан соң заттарымызды жинап, Ақтөбеге кетуіміз керек еді. Бұл менің туған университетім болғанына қуаныш пен қобалжу да болды. Дегенмен, тұрақты жұмысты тастап, 10 жылдан кейін үйге оралу оңай болған жоқ. Келісіп, оқу ісі жөніндегі проректор болып 3 ай жұмыс істеп, ректорлыққа конкурсқа құжат тапсырдым.
- Батыл шешім! Сіз өзіңізді сынауды шештіңіз бе?
– Қайта, университеттегі бүкіл жүйені өзгерту керек екенін, ол үшін ректор болу керек екенін түсіндім. Мен Англияда білім беру менеджменті мамандығы бойынша магистратураны аяқтадым, PhD дәрежесін алдым, білім беру реформаларын, оқу үдерісін қалай құру керектігін зерттедім және ең бастысы академиялық адалдық болатын жүйеде жұмыс жасадым. Мен бұл құндылықтармен сусындадым деп айта аласыз.
- Қарапайым сөзбен айтқанда, «академиялық адалдық» дегеніміз...?
- Университеттегі нақты ережелер: студенттерді бағалаудың әділ жүйесі, университеттің әрбір қызметкеріне жауапкершілікпен қарау, ғылымдағы плагиатқа тыйым салу.
– Бір қызығы, Қазақстанда ректорлары әйелдер болған университеттер көп пе?
- 20 пайыздан аспайды. Жалпы, қоғамда жас әйелдерге маман ретінде сенім жоқ. Сонымен қатар, әйелдердің өздері де жоғары басшылық лауазымнан қорқады.
– Жұбанова атындағы университет – сіздің оқу орныңыз. Сонда студент кезіңізде не ұнады, не ұнамады?
– Мен Дарын мектебінен (дарынды балаларға арналған мектеп-интернат – Автордың ескертпесі) келдім. Онда біз бәсекелестік ортада тәрбиелендік: жарыстар, олимпиадалар, дебаттар. Университетте мен де белсенді болдым, түрлі жастар қозғалысына қатыстым. Маған белсенді студенттік өмір ұнады. Бірақ ол кезде студент университеттегі заң бұзушылықтар туралы хабарлап, өз құқығын қорғай алмаған. Кейбір мұғалімдердің, мысалы, стенд жасап, студенттерден ақша жинап алғаны маған ұнамады. Екі жақты стандарттар болды және бұл қалыпты жағдай деп саналды.
– Ал университет ректоры болған кезде ең алдымен нені өзгерткіңіз келді?
– Жыл сайын бізге ҰБТ тапсыра алмаған 1000-ға жуық оқушы ауыстырылатын. Олар Ресейдің жалған онлайн университеттеріне оқуға түсіп, жылдың ортасында университетке қабылданды. Жұбанова. Біз оларға қабылдау емтиханын дайындадық. Бұл басқа студенттер үшін әділ. Сіз енді тек диплом алу үшін оқи алмайсыз. Бір кездері «құрметті» дипломдар тым көп болды.
Біз де қашықтан басқару пультінен алыстап кеттік. Пандемия кезінде сырттай оқыту қашықтан оқытуға айналды. Бірінші курста бір рет келіп, екі жылдан кейін дипломын алып қайтатын студенттер болды. Мұғалімдер оқушылардың көбін көзбен көріп танымайтындарын айтып шағымданды. Иә, аралас оқыту форматы бар еуропалық университеттер бар, бірақ қашықтықтан білім беруде жақсы жабдық болуы керек.
Біз де Академиялық адалдық лигасына қосылдық. Бұл қазақстандық 120 университеттің 17-сін ғана қамтитын қауымдастық. Тәуелсіз сарапшылар студенттер арасында олардың оқудағы барлығына қанағаттанарлық-қанағаттанбағанын және шағымдары бар-жоғын анықтау үшін үнемі сауалнама жүргізеді. Ал адалдық мәдениеттің бір бөлігіне айналуы үшін барлығына қатаң шаралар болуы керек.
– Жақында мемлекеттік университеттерде комплаенс қызметі пайда болды, ол не үшін қажет?
- бұл қызмет ректорға бағынбайды; онда коррозияға қарсы агенттер мен қаржы полициясының қызметкерлері жұмыс істейді. Университеттерде сыбайлас жемқорлықпен және басқа да заң бұзушылықтармен күресетін тәуелсіз ұйымдар болуы керек. Кез келген сыбайлас жемқорлық, мейлі ол кішігірім болсын, мейлі ірі болсын, жазалануы керек деп есептеймін. Пара алып ұсталған мұғалімдерді жұмыстан шығардық. Мұғалім студенттерді желілік маркетинг өнімдерін сатып алуға мәжбүрлеген соңғы жағдай. Біз мұндай қызметкерлерге екінші мүмкіндік бермейміз. Сатып алу жүйелеріндегі барлығы да қазір ашық. Сатып алу кезінде біз оқытушылар құрамы мен декандарды университет бюджетінің қалай жұмсалатынын өз көздерімен көрулері үшін шақырамыз.
– Ескі жүйені бұзу – күрделі де азапты процесс...
– Өйткені, кез келген жағдайда, сіз біреудің жайлылық аймағын бұзасыз... Сол сатып алулар, сыртқы факторлар кейде бізге қысым көрсетуге тырысады, өйткені сыбайлас жемқорлықпен күрес – үлкен қарама-қайшылық. Әрине, менің жалғыз қолымнан келмейді, менің үлкен командам бар, студенттер де көмектеседі. Әрбір шағымды бөлек қарау керек. Қатаң, объективті мұғалімдерді де студенттер әділетсіз қорлауы мүмкін.
-Сол кезде қандай да бір жек көрушілікке тап болдыңыз ба?
– Иә, университет табалдырығын аттаған кезім. Тіпті кейбіреулер менің бүкіл кәсібилігімді құнсыздандырды деп айтар едім. Білесіз бе, мен бағаламаймын, өйткені сіз өз жұмысыңызды көрсетпейінше, адамдар сынға алады. Адамдардың бұған құқығы бар, әсіресе жылдар бойы ешқандай өзгеріс болмаған кезде. Мен сынды сабырмен қабылдаймын, мұғалімдер мен студенттердің пікірлерін үнемі тыңдаймын.
– Педагогикалық институттан кейін Англияда оқыдыңыз. Сіздің мысалыңызда еуропалық білім дегеніміз не?
– Біріншіден, Батыс университеттері оқуға деген адал көзқарасты қалыптастырады. Студент үшін алдау ұят және әлеуметтік масқара құбылыс болып саналады. Еуропалық студент көп оқиды. Жоғары оқу орындарындағы барлық жазба жұмыстарының түпнұсқалығы тексеріледі. Біздің елде ағылшынның «creativity» сөзі шығармашылық мамандықтарға, өнерге көбірек қатысты, бірақ креативтілік, ең алдымен, жасау дегенді білдіреді. Жасампаздық – барлық нәрсенің өзегі. Еуропалық балабақшалар мен бастауыш мектептерде тәжірибеден өттік. Олардың әртүрлі көзқарастары бар - олар ерте жастан бастап баланың даралығын баса көрсетеді. Біздің балаларымыздың қателесуіне жол берілмейді; олар тіпті дәптерлеріне қате жібергені үшін ұрсады немесе бағалары төмендейді. Бала кезімізден біз қателесуден қорқамыз, сондықтан бізде үлкен жаңалықтар жоқ. Адамдар эксперимент жасауға еркін болуы керек. Мектепте көптеген тапсырмаларды орындауға бағытталған - бұл да кеңестік білімнің реликтері.
- Қазақстандық білім берудің негізгі мәселелерін атаңыз.
– Мектеп бітірушілер саны көбейіп келеді, жоғары білімге деген қажеттілік артып келеді, бірақ сонымен бірге сапа нашарлайды. Өйткені әр университеттің өзіндік жобалық қуаты мен мүмкіндіктері бар. Жоғары білім еңбек нарығындағы өзгерістерге сай емес. Осы екі жылда біз жұмыс беруші мен университет арасындағы байланысты нығайттық. Біз «Ақтөбентген» зауыты мен «Қазхромға» мамандарды қалай дайындау керектігін білеміз. Қазір қазақстандық жоғары оқу орындары коммерциялық емес акционерлік қоғам түріне көшіп, жекеменшік компанияларға айналды. А общество до сих пор относится к нам как к государственным предприятиям, которые сидят на дотациях. Мемлекеттен қаржы алмаймыз, тек грант, студенттердің арқасында. Университет бюджетіне үлкен салмақ түседі және университеттің инфрақұрылымы жыл сайын жаңартылып отыруы қажет, бұл үлкен қаржыны қажет етеді. Мысалы, хостелдерді басқару өте қымбат. В прошлом году на содержание нашего общежития мы потратили почти 300 миллион теңге. Бірақ сонымен бірге біз өзімізді әлеуметтік институт ретінде көрсетеміз, сондықтан әртүрлі әлеуметтік санаттағы студенттерді қабылдаймыз. Кейбір студенттер үшін қосымша жағдайлар жасау қажет - бұл инклюзивті білім беру. Неге екені белгісіз, біз инклюзияны мүмкіндігі шектеулі жандармен ғана байланыстырамыз.
Университеттер студенттерді оқуға үйретуі керек. Білім беру стандарттары тез ескіруде, сондықтан әрбір маман өз бетінше білім алып, еңбек нарығының қажеттіліктерімен бірге өзгере білуі керек. Оқушыларды сыни тұрғыдан ойлауға да үйрету керек. Сыни тұрғыдан ойлау сынау емес, жағдайды объективті бағалай білу. Мен бүгін әлеуметтік желілерде қоғам адамды кез келген кішігірім қателігі үшін таптап, оның барлық жетістіктерін толығымен түсіруге дайын деп қорқамын.
– Сіз ауқымды жобаны қолға алдыңыз. Университет базасында. Жұбанов қыркүйек айында Шотландияның Heriot-Watt университетінің филиалын ашады. Аймақтан мидың кетуінен қорықпайсыз ба?
- Болашақ Heriot-Watt студенттері - орасан зор мүмкіндіктері бар балалар. И если бы не открытие зарубежного вуза в Актобе, вряд ли они бы остались в регионе или в Казахстане, когда европейские университеті предлагают столько грантов. Өңірде мықты кадрларды ұстап қалу өте қиын. Молодые специалисты, как только прокачают өз опыт, ищут перспектививу в других города. 8 мың түлектің 60 пайызға жуығы Астана мен Алматыға оқуға кетеді. Бұл ең ақылды балалар аймақтардан кеткенде күшті теңгерімсіздік. Біздің жоба тартымды орталыққа айналады деп ойлаймын. Три специальности: «Нефтяная инженерия және энергоменеджмент», «Электроэнергетика» және «Компьютерная инженерия» Қазақстандағы үлкен мүмкіндіктерді ұсынады. Оқу бітірген соң түлек үш жыл бойы туған өңірінде жұмыс істеуі керек. Хотя бы на 7 лет мы остановим утечку мозгов, за это время подготовим много своих преподавателей және специалистов. Ал көші-қон... ол әрқашан болады, одан қорқудың қажеті жоқ.
- Қалай демаласыз, ал демалуға үлгересіз бе?
– Ақтөбеге келгеннен бері демалу туралы көп ойланбадым. Бірінші жылы мен демалыс күндері жұмыста отырдым және келесі апталарды жоспарладым. Енді мен термоспен шәймен қала сыртына жиі шығуға тырысамын және теннис жаттығуларын қайта бастадым. Мен өте сирек пісіремін, бірақ мен барлық балық тағамдарын жақсы көремін және дәмді дайындаймын. Өткен аптада, айтпақшы, мен тұшпара дайындадым. Анаммен дастархан басында отырып, өзімді бүкіл отбасы жиналып, сүзбеден тұшпара жасаған бала кездегідей сезіндім. Менің уақытым көп емес, бірақ мен бақшаға көмектесуге әрқашан қуаныштымын. Кейде достарыңызбен бір шыны кофе үстінде отыруға болады.
- Адамдарда нені бағалайсыз?
- Бұл жағымсыз естіледі, бірақ адалдық. Мен әрқашан өздерінің моральдық құндылықтарын ұстанатын адамдарға таң қаламын.
– Өзіңізді басып өтуге тура келген сәттер болды ма?
- Мен астаналық достарыммен кездескенде үнемі: «Мен өзгердім бе?» деп сұраймын. Ақтөбеде трансформацияның алғашқы жылында әр тараптан қысым, тәуекелдер көп болды, бірақ мен ешқашан өзімді басып көрмедім. Сондықтан болар, жан дүниемдегі үйлесімділікті өзгеге тілеймін, міне, осы кезде ақыл жүрекпен келіседі. Өзіңді жоғалтпа. Ішкі жанжал – қорқынышты, деструктивті фактор. Британдықтардың жақсы сөзі бар: өзің сенбейтін нәрсені уағыздама. Сенетін нәрсені істе - бұл менің өмірлік кредом.
Сұхбаттасқан Елена РЫШКИНА,
фото Лаура ҚАРАБАСОВАНЫҢ жеке мұрағатынан