Роман Шнайдерман — о питомниководстве, своих растениях и будущем городов
Питомниководство — бизнес с длинным горизонтом, где результат измеряется не месяцами, а годами. Казахстан пока во многом зависит от импортных растений, хотя обладает собственным природным потенциалом и территориями, подходящими для их выращивания.
О развитии этой отрасли, казахстанских растениях и будущем городов мы поговорили с Романом Шнайдерманом — ландшафтным архитектором, урбанистом, специалистом в сфере растениеводства и озеленения.
Седьмого сентября в Уральске по приглашению ТОО «Palma Group» побывал Роман Шнайдерман — ландшафтный архитектор, урбанист, специалист в сфере растениеводства и озеленения, владелец крупнейшего в Казахстане питомника «Лукоморье/Turanga». Более 20 лет Роман работает в Казахстане. Он также возглавляет ландшафтное бюро Envicon, в котором работают более 70 архитекторов. Основные направления деятельности бюро — урбанистика, организация общественных пространств, благоустройство и озеленение.
В рамках визита Роман Шнайдерман встретился с акимом Западно-Казахстанской области Нариманом Турегалиевым и акимом города Муратом Байменовым. Одной из главных тем встречи стало развитие городской среды и перспективы озеленения Уральска.
Гостю показали городской парк культуры и отдыха. Обсуждая его дальнейшее развитие, ландшафтный архитектор представил свои идеи по озеленению, рассказал о современных подходах к созданию комфортной городской среды и показал примеры проектов, реализованных в других городах. Речь шла не только о том, как сделать город визуально привлекательнее, но и о том, какие растения способны успешно адаптироваться к местным условиям и как грамотно выстраивать систему городского озеленения.
Участники обсуждения сошлись во мнении, что парк не должен становиться чрезмерно урбанизированным — основу обновления может составить уже сформировавшийся зелёный каркас. Особое внимание уделили историческому наследию территории. Поскольку парк считается одним из старейших в Казахстане, специалисты планируют изучить исторические карты и архивные материалы, чтобы учитывать первоначальную концепцию при его развитии.
Также Роман Шнайдерман посетил местный питомник растений, где провёл презентацию и поделился профессиональным опытом. В ходе встречи обсудили подходы к оптимизации озеленения городского пространства — улиц, скверов и площадей, принципы подбора растений с учётом климатических условий Западного Казахстана, особенности формирования устойчивых и функциональных зелёных зон, а также современные решения в организации городского озеленения. Отдельно затронули вопросы выращивания посадочного материала и развития местных питомников как важной составляющей этой системы. Выращивание растений непосредственно в регионе позволяет подбирать культуры с учётом местных климатических условий и формировать собственную базу посадочного материала для дальнейшего озеленения города.
Журналисты FRESH CITY лично встретились и поговорили с Романом Шнайдерманом. В эксклюзивном интервью он рассказал о современных подходах к озеленению городов, развитии питомниководства в Казахстане, растениях, которые могут изменить облик наших городов, и о том, каким он видит зелёное будущее Казахстана.
— Роман, вы много работаете с озеленением общественных пространств. Какие проблемы вы чаще всего видите?
— За последние три-четыре года в озеленении городов Казахстана произошли колоссальные изменения. Многое уже сделано и многое ещё предстоит сделать, но главное — кардинально изменился сам подход к вопросу. Основной принцип современного ландшафтного проектирования — ярусность. Условно говоря, ландшафтные архитекторы выделяют три яруса. Верхний — это крупные деревья, которые формируют зелёный каркас города, снижают температуру в летнее время, создают тень и обеспечивают комфорт. Есть средний и нижний ярусы — небольшие деревья, кустарники и многолетние цветущие растения.
В этом отношении Казахстан, на мой взгляд, немного застрял в советском прошлом. Нижний ярус озеленения у нас до сих пор в основном представлен однолетними цветами и газонами. Петунии, бархатцы — ими мы из года в год продолжаем упрямо засаживать города. У такого подхода есть большой минус: каждый год всё приходится высаживать заново. Кроме того, ни у одного города не хватит бюджета, чтобы полноценно сделать цветущим всё городское пространство. В результате цветы появляются на одних и тех же участках, а большая часть города остаётся без качественного озеленения.
Европейский и американский подход сегодня несколько иной. Однолетние цветы там тоже используются, но скорее как яркие акценты в отдельных местах. А основная часть городского озеленения приходится на многолетние кустарники и растения. Сейчас мы тоже постепенно переходим от ежегодной высадки цветов на одних и тех же местах к системному подходу. Например, условно можно выбрать пять улиц в Уральске, создать там многолетние цветники, затем перейти к следующим улицам. И в течение пяти-семи лет последовательно превратить весь город в цветущий.
В результате мы получаем город, который постоянно остаётся зелёным и красивым. А бюджет уже не приходится ежегодно тратить на массовую высадку цветов — основной акцент смещается на уход, обслуживание и обновление существующих посадок.
При таком подходе появляется и гораздо больше возможностей благодаря огромному разнообразию многолетних растений. Они цветут в разное время, и при правильном подборе можно создать непрерывное — весеннее, летнее и осеннее — цветение. Многие города мира уже используют это не только для озеленения, но и для создания новых городских традиций — проводят фестивали цветов.
Например, в Алматы мы сейчас активно высаживаем лаванду и планируем в ближайшие годы развивать направление лавандовых фестивалей. Все эти вещи напрямую влияют на качество жизни горожан. Когда человека окружают цветы, у него появляется гораздо больше поводов для хорошего настроения.
— Вам уже удалось продвинуть эту идею в казахстанских городах? Есть ли примеры, где этот подход уже работает?
— Конечно. В Астане этот подход внедряется уже третий год, в Алматы — второй. Большую работу мы провели и в Кокшетау. Это сравнительно небольшой город, и бюджет на озеленение там достаточно скромный. Тем не менее город сейчас активно переходит на многолетние растения, и жители дают очень позитивные отзывы.
Причём там подошли к вопросу комплексно: не только тщательно подобрали растения и продумали посадки, но и наладили качественный уход за ними. Это очень важно. Можно прекрасно спроектировать цветники и высадить хорошие растения, но без грамотного обслуживания результат быстро потеряется.
Если сейчас приехать в Кокшетау, можно увидеть, насколько город изменился буквально за два года. И сами жители это отмечают. Постепенно к этому подходу начинают переходить и другие города. Например, Семей в прошлом году провёл тестовые посадки, а в следующем планирует более масштабное внедрение.
В целом тренд очень серьёзный — всё больше городов начинают двигаться в этом направлении. Уральску, я считаю, тоже нужно включаться в этот процесс. Тем более что все природные условия для этого здесь есть — хороший климат, хорошие почвы. Осталось грамотно использовать этот потенциал.
И сейчас нам как раз предстоит посмотреть, что может предложить местный питомник и какой посадочный материал можно использовать для дальнейшего озеленения города.
— Вы как ландшафтный архитектор и владелец питомника много работаете с растениями. Насколько, на ваш взгляд, сегодня важно развивать в Казахстане собственный ассортимент растений, адаптированных к местным условиям?
— Когда я посещаю питомники в регионах, мне прежде всего интересно увидеть, какие растения здесь растут и насколько хорошо они себя чувствуют в местных условиях. Я много преподаю и читаю лекции по озеленению. В частности, регулярно выступаю в Астане на образовательных программах, куда приезжают специалисты из разных городов Казахстана. И у меня есть большая мечта: мы должны не только внедрять растения, которые исторически здесь не произрастали, но при этом активнее развивать наши собственные, казахстанские виды — те растения, которые формировались на этой территории и прекрасно адаптированы к нашим условиям.
Например, есть очень интересное растение — перовския лебедолистная. Я бы назвал её своеобразным казахстанским аналогом французской лаванды. И буквально две недели назад я вернулся из Бостона, штат Массачусетс. Это растение там является одним из очень популярных в озеленении. При этом его природный ареал — Центральная Азия, в том числе Казахстан. Такие примеры появились благодаря международному обмену семенами между ботаническими садами и питомниками в XX веке. Растения перемещались из одной страны в другую, адаптировались и становились частью совершенно нового ландшафта.
Например, в Алматы сейчас повсеместно растёт сумах оленерогий — это североамериканское растение, семена которого были завезены ещё в середине XX века. Оно прекрасно адаптировалось к местным условиям. Точно так же перовския из Центральной Азии прекрасно прижилась в США.
Поэтому у нас есть огромное количество уникальных и красивых растений, которые необходимо развивать и использовать в собственном озеленении. В конечном счёте мы должны формировать свой, аутентичный ландшафт. Необязательно, чтобы наши города состояли только из лип и гортензий — это в большей степени европейская традиция. У нас есть свои растения, которые ничем не уступают им по красоте и при этом гораздо лучше приспособлены к местному климату.
Например, карагана, или жёлтая акация. Кстати, именно в честь этого растения назван город Караганда. Это дерево прекрасно цветёт и отлично чувствует себя в наших условиях, потому что исторически произрастает на этой территории.
Есть и ещё один замечательный пример — жынгыл, или тамариск. Он растёт на западе Казахстана, в районе Актау, Атырау и других регионов. Это растение прекрасно чувствует себя на засолённых, практически неплодородных почвах и при этом во время цветения может быть невероятно красивым — не хуже сакуры.
Я сам раньше относился к этому несколько скептически, пока не увидел жынгыл в Барселоне. Там центральная набережная буквально засажена этим растением. И это впечатляет: оно неприхотливо, выдерживает сложные условия и при этом даёт очень красивое цветение.
Поэтому в среднесрочной перспективе нам, конечно, нужно серьёзно заниматься селекцией и внедрением наших казахстанских эндемичных растений. У нас огромный потенциал. Та же туранга — растение, которого здесь тоже очень много. Это действительно большая тема, которой можно посвятить отдельный разговор.
— Почему так сложилось? Почему мы перестали высаживать собственные, привычные для нашей территории растения?
— Вообще, питомниководство — это отрасль, значение которой у нас долгое время недооценивалось. Сейчас оно фактически является частью общего сельского хозяйства, хотя во всём мире питомниководство выделено в отдельное направление. Это огромная, серьёзная и важнейшая отрасль, потому что именно питомники должны обеспечивать города посадочным материалом.
У Казахстана здесь огромный потенциал. Прежде всего, мы должны научиться обеспечивать себя собственными растениями. Так же как мы стремимся производить внутри страны другие важнейшие вещи, посадочный материал тоже должны выращивать сами. Постоянно привозить растения из-за рубежа — это, на мой взгляд, как минимум нерационально.
Долгое время со стороны государства этому направлению не уделялось достаточного внимания. Для частного бизнеса проблема тоже очевидна: питомниководство — очень долгий бизнес. Чтобы вырастить полноценное дерево, нужны годы.
При этом в Уральске уже есть хорошая база. Местный питомник — один из крупных и уважаемых питомников в стране. И сейчас подход со стороны государства постепенно меняется. Буквально два месяца назад наш питомник посещал глава государства Касым-Жомарт Токаев, и у меня была возможность рассказать о важности развития питомниководства и внедрения эндемичных видов растений. Думаю, это вопрос времени.
— А как вообще происходит работа с растениями, которые изначально растут в природе? Можно ли взять растение из степи и превратить его в декоративную культуру?
— Конечно. Именно так во многом и развивается декоративное питомниководство. Растения берут из природы, а затем селекционеры начинают с ними работать: отбирают лучшие качества, используют различные методы селекции, работают с подвоями и привоями. Постепенно растение совершенствуется и превращается в декоративную культуру, которую можно использовать в озеленении.
Если говорить о привычных для нас растениях, то мы хорошо знаем карагач, тополя и другие деревья, которые прекрасно растут у нас. Но есть огромное количество других видов, которые для нас пока не настолько привычны. И здесь есть очень интересные примеры.
Например, одно из основных городских деревьев Европы — платан, или чинара. В южной части Казахстана — в Шымкенте, Туркестане, Сарыагаше — платаны прекрасно растут. В XIX веке европейские платаны были не настолько распространены в Европе. Тогда туда привезли центральноазиатский платан — нашу чинару — и скрестили его с европейским видом. В результате появились гибриды, которые сегодня широко используются в европейском озеленении. Они получили мощное, декоративное дерево, которое при этом отличается высокой засухоустойчивостью и хорошо переносит сухой климат. Получается парадоксальная ситуация: наши растения давно «шагают» по миру, их используют в других странах и выводят на их основе новые декоративные формы. А у себя мы зачастую их недостаточно ценим.
— Как вы оцениваете развитие питомников за пределами Астаны и Алматы, в регионах Казахстана? Есть ли у них потенциал?
— Конечно, потенциал есть, и достаточно большой. Сейчас особенно активно питомниководство развивается в Алматинской области — прежде всего благодаря благоприятному климату. Думаю, это, пожалуй, одно из наиболее подходящих мест в Казахстане для создания питомников. Уральский климат я пока специально не изучал, но здесь есть очень большой плюс. Если создавать питомник не только для внутреннего рынка, но и с расчётом на экспорт, у Западного Казахстана есть хорошие перспективы. У вас на севере есть большой «сосед», где климат холоднее, поэтому многие растения там растут хуже и медленнее. Соответственно, выращивать их здесь может быть выгодно.
В целом подходящих для питомниководства территорий в Казахстане много. Например, в северных областях хорошо растут хвойные культуры — Зеренда, Бурабай и другие районы. В Сарыагаше вообще уникальные условия: вегетационный период длится практически девять месяцев в году, поэтому растения там растут очень быстро. Так что перспективы у регионального питомниководства хорошие. Главное — правильно подобрать специализацию под климатические условия конкретной территории.
— Можно ли уже сегодня говорить о том, что Казахстан формирует собственную школу питомниководства — со своими технологиями, специалистами и селекцией?
— Мы движемся в этом направлении. Четыре года назад мы создали Центрально-Азиатскую ассоциацию питомниководов. Сейчас в неё входит 52 питомника, в том числе питомник Улановых в Уральске. Уже четвёртый год мы проводим в Алматы международные мероприятия, посвящённые развитию отрасли. В этом году международная конференция по питомниководству состоится 23–25 сентября. Сегодня Алматы фактически становится хабом растениеводства в Центральной Азии. Кроме того, есть много энтузиастов, которые занимаются питомниками уже много лет, проводят собственную селекционную работу и накапливают профессиональный опыт. Но пока Казахстан в основном остаётся импортёром растений. Поэтому говорить о том, что питомниководство у нас уже находится на высоком уровне, можно будет тогда, когда мы сможем полностью обеспечить внутренний рынок собственным посадочным материалом и начнём экспортировать его в другие страны. Пока нам есть куда стремиться. Но движение в эту сторону уже очень серьёзное.
— А что, на ваш взгляд, сильнее всего недооценивают люди, которые сегодня хотят войти в этот бизнес?
— Прежде всего, нужно понимать, что питомниководство — это долгосрочная история. Здесь не получится быстро вернуть вложения: чтобы вырастить полноценное дерево, нужны годы. Это совсем другой цикл по сравнению с бизнесом, где результат можно получить уже через несколько месяцев.
Но именно в этом есть и преимущество. В Европе существуют питомники, которым уже 200–300 лет, и этот бизнес передаётся из поколения в поколение. Деревья нужны всегда. И если ты не продал их в этом году, они продолжат расти, а в следующем году могут стоить ещё дороже. При этом я всё чаще встречаю людей, в том числе серьёзных предпринимателей из других сфер, которые хотят заниматься питомниководством. Думаю, одна из причин — очень понятное ощущение пользы. Ты выращиваешь растения, делаешь землю лучше, города становятся зелёнее и красивее. И практически не возникает сомнений в том, что занимаешься чем-то хорошим, добрым и нужным обществу. Если человеку это действительно близко, он полюбит это дело.
— Несмотря на сложность и долгий цикл этого бизнеса, что лично вас заставляет оставаться в нём, продолжать работать и развивать это направление?
— У меня несколько направлений бизнеса: проектный бизнес, большой тепличный комплекс по производству салатов и зелени Green Eco. Но в каждом деле я ищу какую-то сверхзадачу. У компании должна быть миссия, и эта миссия не обязательно должна быть материальной. Мне важно, чтобы своим делом мы приносили пользу обществу. И питомниководство как раз отвечает этому стремлению. Мы живём в девятой по площади стране мира. Представьте масштаб задачи — сделать эту страну зелёной, цветущей и красивой. Это глобальная, благородная и очень интересная цель.
Кстати, есть любопытное наблюдение. Люди, которые занимаются садоводством и питомниководством, по некоторым исследованиям, живут дольше. Наверное, это связано с самим ритмом такой работы. Растения растут медленно, и ты начинаешь мыслить пятилетиями и десятилетиями. Тебе некогда думать о старости и пенсии, потому что через пять лет у тебя, например, начнёт плодоносить гинкго-билоба (смеётся), нужно будет собрать семена, а дальше уже появляется задача на следующие десятилетия. Когда человек ставит перед собой такие долгосрочные цели, жизнь становится более наполненной и, наверное, более счастливой.
— В заключение нашей беседы, если представить Казахстан через 10–15 лет, каким вы хотели бы его увидеть с точки зрения сельского хозяйства и озеленения?
— Я хотел бы, чтобы Казахстан стал более комфортным и зелёным. Мне кажется, мы иногда недооцениваем потенциал собственной страны.
Люди могут быть чем-то недовольны, сравнивать Казахстан с другими странами и думать, что где-то лучше. Но я смотрю на это немного иначе. Когда перед тобой уже всё создано, не так много остаётся пространства для изменений. А здесь у нас огромные возможности. Вот я сейчас прихожу в этот парк, вижу красивейшее пространство, и перед нами ставят задачу: давайте сделаем его ещё лучше и комфортнее. И мы это сделаем. Я уверен, что уже следующей осенью парк будет совершенно другим. Именно такие задачи меня вдохновляют. В Казахстане ещё очень многое можно создать. У тебя есть земля, есть вода, есть возможность заниматься питомниководством, выращивать растения, развивать сельское хозяйство, создавать новые общественные пространства. Можно одновременно получать удовольствие от этого дела, зарабатывать, развиваться и приносить пользу.
Поэтому я бы хотел, чтобы через 10–15 лет Казахстан стал страной, в которой ещё комфортнее жить и в которой хочется оставаться. Чтобы сюда с удовольствием приезжали туристы, восхищались нашими городами и природой, а люди чаще улыбались и верили в то, что завтра будет лучше, чем сегодня.
