Где проходит грань между сделкой и мошенничеством
Развитие рынка цифровых активов открыло новые возможности для инвестиций, но одновременно привело к росту мошенничества. Сегодня все больше людей становятся жертвами злоумышленников и пытаются вернуть потерянные деньги через суд. Однако далеко не всегда такие требования удовлетворяются. Почему так происходит, что сегодня учитывают суды при рассмотрении подобных споров и какие ориентиры выработал Верховный Суд, рассказал судья суда №2 города Уральска Мұрадым Тлепов.
– Сегодня все больше людей становятся жертвами злоумышленников и пытаются вернуть потерянные деньги через суд. Мурадым Нуриманович, расскажите пожалуйста, насколько часто сейчас рассматриваются подобные споры и почему они вызывают столько сложностей?
— Действительно, за последние годы количество подобных гражданских дел заметно увеличилось. Чаще всего речь идет о ситуациях, когда человек переводит деньги, рассчитывая приобрести криптовалюту или инвестировать средства, но впоследствии выясняется, что стал жертвой мошенников. После этого потерпевшие обращаются в суд с требованием взыскать перечисленные деньги как неосновательное обогащение с владельца банковского счета, на который поступили средства. На первый взгляд ситуация кажется простой: деньги ушли не тому человеку — значит их нужно вернуть. Но в действительности такие дела значительно сложнее. Суду приходится выяснять, что именно произошло между сторонами, существовала ли сделка, исполнили ли стороны свои обязательства и можно ли вообще считать полученные деньги неосновательным обогащением. Именно поэтому за последние годы эта категория дел стала одной из наиболее сложных в современной судебной практике.
— Но ведь если человек оказался жертвой мошенников, то деньги ему должны вернуть автоматически. Почему на практике все оказывается не так однозначно?
— Потому что сам факт мошенничества еще не отвечает на главный вопрос гражданского процесса — на каком основании деньги оказались у ответчика. Нередко мошенники лишь организуют схему общения между людьми, а денежные средства получает совсем другой человек, который может оказаться участником сделки по покупке цифрового актива и вообще не знать о преступных действиях третьих лиц. Поэтому суд не может ограничиться только выводом о наличии уголовного дела. Необходимо установить характер правоотношений между сторонами и выяснить, существовало ли законное основание для получения денежных средств. Именно это является центральным вопросом подобных споров.
– Многие люди уверены: если возбуждено уголовное дело о мошенничестве, то гражданский спор уже автоматически решен. Но при взыскании через гражданские иски сталкиваются с отказами, почему так?
— Это два разных процесса, у каждого из которых свои задачи. В уголовном деле устанавливается, было ли совершено преступление, и кто за него несет ответственность. А в гражданском процессе суд отвечает на другой вопрос: существовали ли между сторонами законные основания для передачи денег. Поэтому даже наличие уголовного дела не освобождает стороны от необходимости представлять доказательства в гражданском процессе.
— Получается, суд рассматривает не только факт перевода денег?
— Совершенно верно. Это одна из наиболее распространенных ошибок в восприятии подобных дел. Перевод денежных средств — это лишь установленный факт. Но сам по себе он еще не говорит о том, что произошло между сторонами. Например, деньги могут быть перечислены в качестве оплаты, исполнения договора, возврата долга или оплаты цифрового актива. Поэтому задача суда — установить правовую природу самого перевода. Если денежные средства перечислены во исполнение реально существовавшей сделки, к примеру покупки цифрового актива, то само по себе последующее разочарование одной из сторон или наличие мошеннических действий третьих лиц автоматически не превращают такой перевод в неосновательное обогащение.
— Почему именно вокруг криптовалют возникло столько различных судебных споров?
— Законодательство в этой сфере достаточно быстро менялось. Если говорить о периоде с 2022 по 2024 годы, когда совершалась значительная часть спорных операций, регулирование цифровых активов находилось в стадии формирования. Действовало законодательство, предусматривавшее запрет на выпуск и оборот необеспеченных цифровых активов, однако одновременно существовали предусмотренные законом исключения. В частности, операции могли осуществляться в рамках правового режима Международного финансового центра «Астана», где уже работали лицензированные платформы цифровых активов. Позднее законодательство продолжило развиваться. Были введены новые требования к выпуску цифровых активов, изменились правила их обращения, а затем появились и более четкие законодательные определения самого выпуска и оборота цифровых активов. Фактически законодательство постепенно пришло к более понятной и централизованной модели регулирования.
— То есть нельзя говорить, что любая операция с криптовалютой в Казахстане была незаконной?
— Именно так. Это одно из самых распространенных заблуждений. Законодательство никогда не сводилось к простому тезису «криптовалюта запрещена». Необходимо учитывать конкретный период совершения сделки, действовавшие в тот момент нормы закона, а также место совершения операции. Поэтому при рассмотрении каждого конкретного дела суд обязан исследовать все обстоятельства, а не ограничиваться ссылкой на общий запрет.
— Тогда какой вопрос сегодня становится главным при рассмотрении подобных споров, была сделка или нет?
– Совершенно верно. От ответа на этот вопрос зависит итог всего дела. Если будет установлено, что между сторонами действительно состоялась сделка купли-продажи цифрового актива и ответчик исполнил свои обязательства, то говорить о неосновательном обогащении уже нельзя. Главный вопрос заключается в следующем: на каком основании ответчик получил денежные средства? Именно ответ на этот вопрос определяет дальнейшее применение законодательства. Если же выясняется, что никакой сделки фактически не существовало, цифровой актив никому не передавался, либо ответчик не смог подтвердить передачу цифрового актива, тогда суд может прийти к выводу, что деньги получены без законных оснований и примет решение по возврату средств. Именно поэтому каждое подобное дело требует тщательного исследования всех доказательств, а не только банковской выписки о переводе денежных средств.
— Какие доказательства могут подтвердить, что сделка действительно состоялась?
— Сегодня таких доказательств достаточно много. Это сведения самой криптовалютной платформы, данные о регистрации пользователя, результаты его идентификации, история операций, подтверждение перевода цифрового актива, информация о входе в аккаунт и другие электронные данные. Если все это подтверждает, что покупатель действительно получил криптовалюту, суд учитывает эти обстоятельства при принятии решения.
– Приведите примеры из практики, чтобы правоприменительная практика по данной категории дел стала более понятной
– По аналогичным спорам судом были вынесены два разных решения, в одном иск был удовлетворен в другом отказан. В одном из дел, рассмотренных судом первой инстанции, ответчик не смог представить доказательств, таких как: существование аккаунта истца на криптоплатформе (Binance Казахстан); передачи цифрового актива; факта завершения сделки. При отсутствии подтвержденного встречного предоставления суд пришел к выводу об отсутствии правового основания получения денежных средств, что повлекло взыскание суммы как неосновательного обогащения. Во втором случае сделка была доказана данными оператора платформы
Судом установлено наличие у истца верифицированного аккаунта на платформе Binance; прохождение истцом процедур KYC (идентификация и верификация личности) с использованием данных удостоверения личности, биометрии и контактных данных (сотовый телефон и электронная почта); факт входа в систему с устройства, принадлежащего истцу; передачу цифрового актива (USDT) в полном объеме. Суд направил запросы непосредственно оператору платформы, получив официальные подтверждения всех транзакций. В этих условиях перевод денежных средств был квалифицирован как исполнение сделки, что в силу статьи 960 ГК РК исключает применение правил о неосновательном обогащении.
— Какой совет вы дали бы людям, чтобы они не оказались в подобной ситуации?
– Сама по себе криптовалюта не меняет основных принципов гражданского права. Как и в любых имущественных спорах, суд оценивает факты и доказательства. Поэтому главный вопрос, на который отвечает суд, остается неизменным: было ли у человека законное основание получить деньги. Именно от ответа на него зависит, будут ли возвращены средства или требования останутся без удовлетворения. Сегодня цифровые технологии стали частью повседневной жизни, и все больше людей интересуются криптовалютой. Но вместе с новыми возможностями появляются и новые риски. Прежде чем переводить деньги, необходимо убедиться, кому именно они направляются и на каких условиях совершается сделка. Если речь идет о цифровых активах, важно пользоваться только лицензированными площадками и не доверять предложениям, поступающим через мессенджеры или социальные сети. Не менее важно сохранять все документы, переписку, чеки и подтверждения операций. В случае возникновения спора именно эти сведения могут стать решающими доказательствами в суде.
